XV международная научно-практическая конференция молодых учёных и специалистов «ПРОБЛЕМЫ ТЕХНОСФЕРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ – 2026»·Проблемы прогнозирования и ликвидации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характераУДК УДК 005.7:614.842.8

ПОКАЗАТЕЛИ ОПЕРАТИВНОГО РЕАГИРОВАНИЯ И ДИНАМИКА ПОЖАРНОЙ ОБСТАНОВКИ В РЕГИОНЕ С НЕСТАБИЛЬНЫМ РЕЖИМОМ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ

INDICATORS OF OPERATIONAL RESPONSE AND DYNAMICS OF THE FIRE SITUATION IN THE REGION WITH UNSTABLE OPERATION

  1. 1 Главное управление МЧС России по Донецкой Народной Республике
16 февраля 2026 4 просмотров 11 мин чтения
Аннотация

анализируются показатели оперативного реагирования и динамика пожарной обстановки в регионе с нестабильным режимом функционирования (на примере Донецкой Народной Республики). Оценено (количественно) влияние системного кризиса на оперативную обстановку, а также взаимосвязь временных параметров реагирования с последствиями пожаров. Полученные результаты позволяют определить пути повышения эффективности деятельности пожарно-спасательных подразделений в регионе с нестабильным режимом функционирования.

#управление#пожар#регион#нестабильный режим функционирования#Донецкая Народная Республика#оценка#корреляционный анализ
Abstract

The indicators of rapid response and the dynamics of the fire situation in a region with unstable functioning are analyzed (using the example of the Donetsk People's Republic). The impact of the systemic crisis on the operational situation was assessed (quantitatively), as well as the relationship between the time response parameters and the consequences of fires. The results obtained make it possible to identify ways to increase the effectiveness of fire and rescue units in a region with an unstable mode of operation.

#management#fire#region#unstable mode of operation#Donetsk People's Republic#assessment#correlation analysis
Полный текст2032 слов

Введение

Провозглашение независимости Донецкой Народной Республики весной 2014 года положило начало глубинной трансформации региона. Политический вакуум, формирование новых институтов власти, экономическая блокада и эскалация вооруженного противостояния привели к полномасштабному системному кризису. Разрыв хозяйственных связей парализовал экономику, что в совокупности с разрушением инфраструктуры и боевыми действиями сформировало качественно иную оперативную обстановку. Регион перешел в состояние, определяемое в научной литературе как «регион с нестабильным режимом функционирования» [1-3]. Ситуация усугублялась тем, что система обеспечения пожарной безопасности и ликвидации чрезвычайных ситуаций оказалась в состоянии институциональной трансформации: при частичном сохранении кадрового потенциала, материально-технической базы и объектов инфраструктуры, доставшихся в наследство от украинского периода, произошла полная утрата прежних управленческих связей, нормативной основы и механизмов межведомственного взаимодействия.

Основная часть

Сложнейшая социально-экономическая и политическая ситуация, осложненная систематическими артиллерийскими обстрелами, сделала вопрос обеспечения пожарной безопасности в регионе критически важным. Его актуальность была обусловлена высокой техногенной нагрузкой региона, наличием химически опасных объектов в селитебной зоне [4] в условиях большой плотности населения. Для решения этой задачи постановлением Совета Министров Донецкой Народной Республики от 26 сентября 2014 г. № 35-11 было создано Министерство по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Донецкой Народной Республики (МЧС ДНР). На новое министерство были возложены полномочия по управлению, координации, контролю и реагированию в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, обеспечения пожарной безопасности, а также переданы функции бывшей Государственной службы Украины по чрезвычайным ситуациям.

В соответствии с Положением об МЧС ДНР, утвержденным постановлением Совета Министров Донецкой Народной Республики от
09 апреля 2015 г. № 5-142, на ведомство были возложены обязанности по тушению пожаров на всех объектах и ведению официального статистического учета пожаров и их последствий. Данный учет осуществлялся в исследуемый период на основании постановления Совета Министров Донецкой Народной Республики от 02 июня 2015 г. № 10-73.

Результатом подписания «Минска-2» стала заморозка активных боевых действий. Конфликт перешёл в вялотекущую стадию с чётко установленной и практически неизменной линией разграничения сторон. Это способствовало частичной стабилизации обстановки в регионе на фоне сохраняющегося гуманитарного кризиса и продолжающегося формирования новых органов государственной власти.

На рисунках 1–4, составленных на основе данных Основных итогов деятельности МЧС ДНР за 2015–2021 гг. и официальной информации, размещённой на сайте ведомства, представлена динамика основных последствий пожаров (количество, материальный ущерб, гибель людей), а также показатели оперативного реагирования и тушения пожаров пожарно-спасательными подразделениями МЧС ДНР за период с 01.01.2015 по 01.01.2022 г.


Рис. 1 Количество пожаров, подлежащих официальному статистическому учету, а также пожаров, произошедших вследствие попадания взрывоопасных предметов за период с 01.01.2015 по 01.01.2022 гг. на территории Донецкой Народной Республики

Рис. 2 Прямой материальный ущерб от пожаров, произошедших за период с 01.01.2015 по 01.01.2022 гг. на территории Донецкой Народной Республики

Рис. 3 Количество погибших от пожаров, произошедших за период
с 01.01.2015 по 01.01.2022 гг. на территории Донецкой Народной Республики

Рис. 4 Временные показатели оперативного реагирования и тушения пожаров пожарно-спасательными подразделениями МЧС ДНР за период

с 01.01.2015 по 01.01.2022 гг. на территории Донецкой Народной Республики

Анализ информации, представленной на рисунках 1-4 позволяет сделать следующие выводы:

Динамика пожарной обстановки. За исследуемый период пожарная обстановка в Донецкой Народной Республике характеризовалась высокой волатильностью. Минимальное количество пожаров зафиксировано в 2015 г. (4898), максимальное – в 2020 г. (13441). Рост в 2020 г. составил 111 %

относительно 2019 г., при этом доля пожаров от взрывоопасных предметов (ВОП) снизилась до 0,22 %. Данное обстоятельство свидетельствует о смене доминирующего фактора пожарной опасности: военно-тактическая угроза (2015–2017 гг.) замещается техногенными и природными пожарами, включая палы сухой растительности.

Пожары вследствие попадания ВОП достигли пика в 2015 г.
(502 случая, 10,25 % от общего числа). К 2021 г. их количество сократилось до 11 (0,18 %), что объективно отражает снижение интенсивности боевых действий на линии соприкосновения.

Показатели оперативного реагирования. Установлена устойчивая положительная динамика оперативных показателей:

среднее время прибытия 1-го пожарно-спасательного подразделения на пожар снизилось с 17,80 мин (2015) до 13,38 мин (2021) – сокращение на 24,8 %;

среднее время локализации – с 28,10 мин до 22,66 мин (–19,4 %);

среднее время ликвидации – с 47,50 мин до 33,93 мин (–28,6 %).

Наилучшие показатели достигнуты в 2021 г., что свидетельствует о росте профессионализма личного состава и оптимизации тактики тушения. Однако на протяжении исследуемого периода наблюдались два кризисных всплеска, различающихся по своей природе.

В 2017 г. зафиксирован резкий рост общего количества пожаров (8583) при высокой доле возгораний от взрывоопасных предметов
(182 случая). Сочетание масштабной техногенной нагрузки и военной угрозы привело к наихудшим показателям ликвидации – 49,53 мин. Увеличение времени тушения обусловлено как необходимостью согласования действий с военными и рисками повторных артиллерийских обстрелов, так и сложностью ликвидации крупных пожаров на объектах различного назначения в условиях социально-экономического кризиса и поврежденной инфраструктуры.

В 2020 г. при минимальной военной угрозе рекордное увеличение числа пожаров (13441, +111% к 2019 г.) вызвало эффект «перегрузки системы». Все временные параметры ухудшились: прибытие – 16,44 мин, локализация – 27,85 мин. Дефицит свободных подразделений и привлечение сил из отдаленных районов стали основными факторами снижения оперативности.

Таким образом, динамика пожаров и времени реагирования в
2015–2021 гг. выявила не только способность службы к адаптации, но и её уязвимость перед сменой характера угроз. Разнородность кризисных факторов (военные, техногенные, природные) в регионе с нестабильным режимом функционирования доказывает недостаточность линейного наращивания профессионализма. Ключевым условием повышения эффективности становится адаптация алгоритмов и моделей поддержки принятия управленческих решений, учитывающих многовариантность оперативной обстановки.

Зависимость временных параметров от последствий пожаров

Материальный ущерб. Наблюдается сильная прямая корреляция между количеством пожаров и размером прямого материального ущерба
(r = +0,85). При этом связь времени прибытия с величиной ущерба слабая (r = +0,21). Максимальный ущерб зафиксирован в 2020 г. (199,4 млн руб.) и 2018 г. (188,1 млн руб.). В 2018 г. при относительно низком времени прибытия (14,38 мин) ущерб оставался высоким, что указывает на зависимость не от скорости реагирования, а от категории объектов пожаров (промышленные, складские, административные здания).

Гибель людей. Выявлена умеренная обратная корреляция между временем прибытия и количеством погибших (r = –0,49). Это свидетельствует, что на наиболее угрожающих жизни пожарах (масштабные возгорания, социально значимые объекты) подразделения направляются с максимальной оперативностью. Однако даже при быстром реагировании число жертв может оставаться высоким из-за сложности пожаров, что подчеркивает: своевременное прибытие необходимо, но не всегда достаточно.

Ключевое подтверждение – ситуация 2021 г.: при минимальном времени прибытия (13,38 мин) и относительно невысоком количестве пожаров (6101) зафиксирована максимальная гибель (211 чел.). Этот факт указывает на доминирование факторов, предшествующих прибытию: позднее обнаружение (особенно ночью), социальный состав погибших (лица в опьянении, престарелые), конструктивные особенности зданий, способствующие быстрому распространению огня. В этих условиях даже максимально быстрое прибытие не предотвращает трагедию при позднем обнаружении.

Таким образом, дальнейшее сокращение времени прибытия остается приоритетом, но должно дополняться мерами раннего обнаружения пожаров и адресной профилактикой. Однако если в стабильных регионах этот комплекс мер является типовым, то в условиях нестабильного функционирования его реализация наталкивается на объективные ограничения (разрушение инфраструктуры оповещения, труднодоступность уязвимых групп), что требует адаптации самих моделей управления реагированием.

Пожары от взрывоопасных предметов. Установлена заметная прямая корреляция между долей пожаров от ВОП и временем ликвидации
(r = +0,67). Пожары, возникшие вследствие боевых действий, характеризуются необходимостью согласования допуска с военными структурами, угрозой повторных артиллерийских обстрелов, минированием территорий полей и наличием неразорвавшихся боеприпасов. Данные факторы объективно увеличивают продолжительность тушения, что подтверждается анализом динамики: в периоды высокой доли ВОП (2015–2017) время ликвидации было на 28–32 % выше, чем в 2021 г. при минимальной военной угрозе.

Выводы

  1. В 2015–2022 гг. пожарно-спасательные подразделения Донецкой Народной Республики работали в условиях системного кризиса и институциональной трансформации при частичном сохранении кадрового и инфраструктурного потенциала, доставшегося от предыдущего периода.

  2. За исследуемый период наблюдалась высокая волатильность: минимальное число пожаров зафиксировано в 2015 г. (4898), максимальное – в 2020 г. (13441). Снижение доли пожаров от взрывоопасных предметов с 10,25% до 0,18% свидетельствует о трансформации характера угроз – от военных к техногенным и природным пожарам.

  3. Достигнуто устойчивое улучшение временных параметров реагирования: время прибытия сократилось на 24,8% (до 13,38 мин), время ликвидации – на 28,6% (до 33,93 мин). Наилучшие результаты зафиксированы в 2021 г.

  4. Корреляционный анализ выявил следующие зависимости:

- сильная прямая связь количества пожаров с материальным ущербом (r=+0,85) при слабой связи времени прибытия с ущербом (r=+0,21);

- умеренная обратная корреляция времени прибытия с гибелью людей (r=–0,49), что подтверждает определяющую роль своевременного реагирования при одновременной зависимости результата от оперативности обнаружения пожаров;

- заметная связь доли пожаров от ВОП с продолжительностью ликвидации (r=+0,67).

  1. На организацию пожаротушения в исследуемый период влияли следующие факторы:

- институциональный вакуум (отсутствие актуальной нормативной базы и регламентов межведомственного взаимодействия);

- разрушение транспортной инфраструктуры, повреждение инженерных сетей и минирование территорий, осложнявшие подъезд техники и проведение АСДНР;

  1. Высокая вероятность пожаров от внешних воздействий (обстрелы, ВОП), обусловливающая массовость и внезапность возгораний, необходимость привлечения пиротехнических расчетов и угрозу личному составу.

  2. Опыт пожаротушения в периоды обострения военно-техногенных рисков (2017 г.) и беспрецедентной пожарной нагрузки (2020 г.) доказывает, что эффективность действий личного состава напрямую зависит от адаптивности моделей управления к реальной обстановке. Массовость пожаров, последствия артиллерийских обстрелов, поврежденная инфраструктура и необходимость межведомственного взаимодействия требуют пересмотра стандартных регламентов. Систематизация уникального регионального опыта ликвидации пожаров — необходимое условие для разработки специализированных алгоритмов принятия решений. Внедрение этих алгоритмов в практику МЧС России и региональных подразделений пожарной охраны, а также передача наработок странам ближнего зарубежья станет основой для повышения эффективности тушения пожаров и уровня готовности пожарно-спасательных подразделений к выполнению задач по предназначению в регионах с нестабильным режимом функционирования.

Литература

  1. Пилецкий, Р. В. Анализ ключевых факторов принятия управленческих решений при тушении пожаров в регионах с нестабильным режимом функционирования / Р. В. Пилецкий, А. Н. Денисов, А. В. Матюшин // Технологии техносферной безопасности. – 2025. – № 1(107). – С. 21-35. – DOI 10.25257/TTS.2025.1.107.21-35. – EDN XJECTT.

  2. Пилецкий Р.В., Денисов А.Н. Синергетический эффект факторов при формировании управленческих решений при планировании и тушении пожаров в нестабильном регионе // Системы безопасности – 2025: материалы тридцать четвертой междунар. науч.-техн. конф. (Москва, 27 ноября 2025 г.). В 2 ч. Ч. 1. М.: Академия ГПС МЧС России, 2025. С. 65–71.

  3. Мареев, М. А. Поддержка УПРАВЛЕНИЯ ПОЖАРНО-СПАСАТЕЛЬНЫМИ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯМИ ПРИ ведении боевых действий, в условиях дестабилизации функционирования социальной и экономической сферы государства в результате вооруженного конфликта / М. А. Мареев, А. Н. Денисов, П. О. Михайлин // Современные проблемы гражданской защиты. – 2023. – № 2(47). – С. 33-37. – EDN FMTWAP.

  4. Пилецкий, Р. В. Поддержка принятия управленческого решения по постановке водяной завесы при осаждении облака аварийно химически опасных веществ / Р. В. Пилецкий, А. Н. Денисов, М. М. Данилов // Технологии техносферной безопасности. – 2024. – № 2(104). – С. 73-85. – DOI 10.25257/TTS.2024.2.104.73-85. – EDN DQVMAY.

1 постановление Совета Министров Донецкой Народной Республики от 26 сентября 2014 г. № 35-1 «О создании Министерства по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий»

2 постановление Совета Министров Донецкой Народной Республики от 09 апреля 2015 г. № 5-14 «Об утверждении Положения о Министерстве по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Донецкой Народной Республики»

3 постановление Совета Министров Донецкой Народной Республики от 02 июня 2015 г. № 10-7 «Об утверждении Порядка учёта пожаров и их последствий в Донецкой Народной Республике»

Есть что обсудить?
Оставьте комментарий — автор и читатели увидят его в обсуждении.